К истории кумыкского мореплавания

К истории кумыкского мореплавания

Каспийcкое море не менее самого Средиземного имеет право именовать Средиземным. Несмотря на то, что оно со всех сторон окружено сушей, море отличается крутым нравом. Сильные штормы здесь самое обыкновенное явление и веками уносили многие и многие жизни. Оттого персидские географы вплоть до 10 века размещали в его северной части огромный водоворот под названием Львиная пасть, будто бы всасывающий в свое ненасытное брюхо сбившиеся с курса суда.

Портовые города, рыбацкие деревни и прочие виды человеческих поселений вдоль Каспийского побережья составляли единое целое – Pax Kaspiana (Каспийский мир). Достойное место в его истории веками занимали и наши предки – кумыки.
История мореходства на территории Кумыкской равнины уходит в седую древность, когда на земле не было ни одно из современных народов. Естественно не было и кумыков, но традиции рыболовства, заложенные в ту эпоху со временем через посредство древних народов-предков перешли и к ним. Так, III тысячелетием до нашей эры датируется крупное поселение, располагавшееся на территории южной части Махачкалы, на невысокой возвышенности к востоку от пятого посёлка. Судя по находкам (каменные грузила от морских сетей), жители этого поселения тесно были связаны с рыбной ловлей.

Мореходство вдоль кумыкского побережья не прекращалось практически никогда. Тем не менее, более или менее содержательные сведения о местных мореплавателях и их плавательных средствах появляются только в конце средневековья. Так венецианец Амброджо Контарини отмечал бесстрашие местных мореходов при примитивном устройстве их судов, названных им «ботами».

Недостатками Таркинской пристани были мелководье и песчаный грунт, не державший якоря. Несмотря на это пристань функционировала. Шла бойкая торговля с Астраханью. Далее на юг от Тарков до самого Дербента почти не имелось удобной пристани. Единственным исключением можно считать устье реки Бойнак, по которой по свидетельству источников суда могли даже подыматься.

Суда поднимались по Койсе до расположенного здесь острога. Учитывая что Койсинский острог находился в 15 верстах к северу от Тарков

В начале XVII в. функционировала также пристань в Аксаевском колтуке (устье одного из протоков Терека, впадавшее в Аграханский залив).

Фёдор Котов в 1623 году писал: А против Терка остров Чечень стоит в море, ходу до него парусом полдни и ото остров велик и рыбы много. И на том острове терские люди и Тарковские кумычане (!) и горские черкасы ловят рыбу».

Чтобы иметь хотя бы примерные представления о кумыкских судах 17 века приведем описание ходивших в это время на Каспие гилянских и шаирванских кораблей: « имеют совершенно форму рыбы и носят даже это название, ибо узки в корме и в носу, а на боках очень выпуклы ... для управления же имеют они две мачты и большой шест, служащий им вместо руля ... в дурную погоду они прибегают к парусам; иногда же употребляют и весла».

Кумыкский флот был активным союзником кызылбашского (персидского) в борьбе со Степаном Разиным летом 1669 г. (См. Тихомиров М. Н. Борьба русского народа за выход к морю) Разину противостояло 50 кораблей объединённого персидско-кумыкского флота с пушками и солдатами на борту.

Однако на исходе правления шамхала Будая большой размах на Каспие получило совместное кумыкско-казацкое пиратство. Известно что в сентябре 1691 «с пятьсот человек казаков да татар и кумычан шевкалова владения человек во сто» во главе с атаманом Сенькой Хмурым вступили на Каcпие в бой с караваном царских судов ( Явуз Ахмадов. Российское повстанческое движение конца XVII-начала XVIII и народы Дагестана//Дагестан в составе России. Махачкала, 1990. С. 82).

Русские источники характеризуют кумыкские суда 17 века как струги.

Струги по сути те же «боты», упоминаемые Контарини двумя веками ранее. Благодаря плоскому дну струги могли подходить к Таркинской пристани.

Как пишет Е.И. Иноземцева: «В основном из России поступали в Тарки и через Тарки во внутренний Дагестан всевозможные металлические изделия: медные котлы (зеленой и красной меди), сундуки окованные, топоры, ножи, гвозди, иглы, булавки, ножницы и др., а также меха и изделия из них, европейские шерстяные ткани. В Россию из Тарков и через Тарки вывозились изделия кустарных промыслов: паласы, ковры, сабли, кинжалы, а также продукция сельскохозяйственной деятельности и, главное, хлопок-сырец, шелк-сырец, марена. Через Тарки на русский рынок шли и восточные товары: дорогие ткани, драгоценные камни, шелк, часть из которых транзитом шла в Европу».

Нередко, таркинцы сами доставляли грузы в Астрахань. Например, по свидетельству Астраханской таможни, 11 августа 1672 г. из Астрахани в Тарки отправился « таркинец Аллабердейка Алеев в своем струшку, а работных людей с ним будет 7 человек. А товару с ним будет 100 юфтей красных кож, да 25 котлов зеленой меди, две коробьи, в них 100 мерлушек...».

Помимо торгового мореходства исстари у кумыков развивалось и рыболовство. Благоприятные условия, близость к морю, наличие полноводных рек способствовали развитию у кумыков рыболовства. А.Олеарий, автор XVII в., описывая прием у Сурхая – шамхала Тарковского, упоминает среди яств белужину; побывав в Эндирее, сообщает, что «жители здесь большею частью рыбаки, часто ... находились на реке, так как она богата рыбою, ... они ловили очень много осетров и рыбу, сходную с осетром». Рассказывая об обеде с эндиреевским владельцем, Олеарий описывает главное блюдо – « большой котел осетрины, резанной и разорванной небольшими кусочками и варенной с солью» (Цит. по: Иноземцева Е.И.Из истории морехозяйственной деятельности народов Дагестана// Вестник Института ИАЭ. 2005. № 4. С. 12-23).

По словам И.Гильденштедта (18 в.), кумыки «более пользуются рыбным промыслом, нежели прочие татары, и ловлею себе осетров и других рыб облегчают пропитание».

Морские реалии плотно вошли в кумыкский фольклор и язык вообще, о чем свидетельствует собственная морская и рыболовная лексика, предания, песни, сказки.

В начале 18 века Адиль-Герей просил Петра дать ему два корабля: «понеже немалая есть мне в оных нужда». У нас нет прямых свидетельств о том получил ли шамхал корабли или нет, но подскарбий Яков Маркович в ведомости уничтоженного в 1725 году карательным отрядом генерала Кропотова имущества тарковских кумыков упоминает 2 судна, 5 лодок и судовые ядра (Записки малороссийского подскарбия Марковича, С. 141). Речь вероятно шла не о привычных для тарковских кумыков стругах-ботах, а о настоящих кораблях с большим тонажом, раз обращаться за ними пришлось к самому царю.

Господство в 18 веке на Каспийском море российского флота, укомплектованного новейшими пушками, положило конец пиратству. Кумыки сосредоточились на торговле и рыболовстве и числено доминировали среди дагестанских рыболовов вплоть до первой половины 20 века. По свидетельству очевидцев кумыки довольно далеко отплывали от берега на своих утлых лодках — «каюках» . И хотя крупные суда и боевые операции были уже в прошлом, но дух и гены, унаследованные от многих поколений отважных мореходов, всегда выручали в их нелёгком и опасном труде.

Подробную историю кумыкского мореплавания еще предстоит написать, данный же очерк это краткая и приблизительная карта далёких и малоизведанных берегов прошлого о которых мы пока знаем лишь по отрывочным сведениям.




    30 Jan 2022 |   Баянлыкъ: 0 | Къаравны санаву: {view}


 
 


Content Management Powered by CuteNews